юдям, принимающим политические решения, не нужны литераторы и художники. Как ремесленники — да, как собеседники — нет. Вникать в чей-то бред? Спасибо, увольте. Когда политик ищет совета, он хочет говорить с человеком, способным видеть реальность напрямую, глаза в глаза, минуя суеверия и предрассудки.
Европейские государи часто приглашали философов для обсуждения насущных проблемы. Например, у Александра Македонского был Аристотель. Гений войны уничтожал вражеские армии, а гений мысли указывал, как править покоренными народами. Рядовые илархи были очень недовольны его советами. Им хотелось награбить как можно больше золота и сбежать домой, а Аристотель предлагал строить империю, чтобы потом мирно собирать налоги от Индии до Черного моря. Александр согласился с философом и стал величайшим завоевателем западного мира. Послушай он другую сторону — умер бы горном царьком с землями от пруда до перевала.
Посмотрите на Европу, и вы увидите мир, сконструированный философами. Право? Джон Локк. Экономика? Йозеф Шумпетер. Армия? Карл Филипп Готтлиб фон Клаузевиц. Традиция? Жозеф-Мари де Местр. Иерархия? Фридрих Ницше. Нация? Иоганн Готлиб Фихте. Государство? Томас Гоббс. Наука? Френсис Бэкон. Политика? Никколо Макиавелли. Список можно продолжать до бесконечности.
Как говорил известный публицист Серебряного века Владимир Эрн, от трактатов Канта до германской дальнобойной артиллерии один шаг. Расстояние от Дэвида Юма до британского морского господства и от Рене Декарта до Наполеона еще меньше. Может ли народ обойтись без философии? Нет. Турки попробовали и где они? Сейчас предел мечтаний для умного стамбульского юноши — говорить по-немецки, есть по-немецки, одеваться по-немецки, спать по-немецки, дышать по-немецки. А где самобытность? Она исчезает как дым, потому что им нечего противопоставить беспощадному давлению европейского разума. Что они могут сделать с тезисами Канта? Сплясать? Кинуть ботинок? Курам на смех.
Умеют ли русские думать? Одни говорят, что нет. Мол, шибко отсталые. Другие, наоборот, бьют себя в грудь и до небес превозносят шизанутых графоманов из уездной клиники. Обе партии изъясняются исключительно матом. Очень по-крестьянски получается. Кто громче, тот и прав.
Да, действительно, русские взялись за учебники много позже своих соседей. Ну и что? Не важно, кто был первым на старте. Всех интересует финиш. Кто завершает развитие европейской философии? Георг Фридрих Вильгельм Гегель. Что сделали русские? Заново объяснили его идеи. С
Что в итоге? Вся континентальная философия с конца тридцатых годов и до сегодняшнего дня — это робкий подстрочник к студенческим конспектам его лекций. Говорят, Сартр очень просил знакомых дать почитать, но ему отказали. За вредность.
После второй мировой войны Александр Кожев оказался в роли серого кардинала правительства Валери Жискара д’Эстена. Его называют автором Европейского союза, он лично знал весь истеблишмент Старого Света, демонстративно общался с главным юристом Третьего Рейха, принимал и отклонял бюджет Франции... В приличном государстве о мыслителях такого класса знают даже школьники. У нас же на этом месте глупые песенки про унылых зверушек. Стыд и нафталин.
Что же делать? Во-первых, нужно понять, что мы не турки, и что нам есть, что читать на родном языке. Во-вторых, взять в руки хорошую русскую книгу. Если выполнить эти два условия, в-третьих не понадобится. Русская культура сама все сделает. Она может. И всегда могла.