История Ост-Индской компании IX: от акционерного общества до государства в государстве — Sputnik & Pogrom

История Ост-Индской компании IX: от акционерного общества до государства в государстве

Ранее: часть VIII

oic9-cover

Часть 9. 1775–1784 годы

На 1773 год Бенгалией, страной с 20-миллионным населением, управляли… 250 клерков британской Ост-Индской компании. Cиловая составляющая (помимо сипаев) — это 500 офицеров и 3000 белых солдат. C таким количеством людей управлять 20-миллионной страной невозможно, и надо признать — англичане вообще смогли удержаться у власти в Индии только потому, что нашли местные кадры, которые взяли на себя всю посредническую деятельность между Компанией и аборигенами.

Что касается Китая — доля вывоза британской ОИК возросла с 23,84% в 1744 году до 28,47% в 1777-м. Всего же на европейские ОИК приходилось 43–50% экспорта, остальное покупали страны Азии и Россия.

В 1775 году началась Война за независимость США. Надо сказать, что революцию эту делали не прекраснодушные мечтатели, а прожженные дельцы, ушлые адвокаты, рабовладельцы и просто криминальные элементы. Никакого согласия в рядах революционеров не было, каждый тянул одеяло на себя. Не знаю, изданы ли «Дневники» Джона Адамса на русском, но тем, кто владеет английским, почитать их, безусловно, стоит. Вот, например, запись от ноября 1771 года:

Зашёл вечером к Ч. и проболтал с ним около часа. Он страшно озлоблен на бостонцев. «Ненавижу их всей душой, — говорил он. — Великие патриоты! Были за бойкот, пока у них оставались запасы старых тряпок для выгодной продажи, а когда всё продали по сумасшедшим ценам, сразу стали против. Больше не слыхать о развитии собственных производств — чужие товары снова текут к нам рекой. Что же касается чая, его сейчас можно купить именно у тех, кто громче всех проклинал его».

Прекрасное зрелище! Те, кто больше всего агитировал против покупки чая у Ост-Индской компании, дождались, пока на этот чай возрастут цены, и продали его втридорога! Настоящие революционеры, ничего не скажешь.

oic9-1

Изначально две трети колоний были настроены лоялистски, но треть возмутителей спокойствия оказалась лучше организована и мотивирована.

Можно сказать, что революционерам помог… король Георг III, который 31 октября 1775 года, после стычек у Конкорда и Лексингтона, издал прокламацию следующего содержания: 

Так как многие из наших подданных в различных колониях Северной Америки, откликнувшись на призывы злоумышленников и нарушив верность защищавшей их верховной власти, совершили множество незаконных деяний, ведущих к нарушению общественного спокойствия, обрыву торговых связей, и вылилось все в открытый бунт, в отказ подчиняться постановлениям властей и законам и во враждебные военные действия, мы решили, по согласованию с нашими советниками, выпустить королевскую прокламацию, объявляющую, что не только наши официальные лица, военные и гражданские, должны приложить все усилия к подавлению бунта и привлечь изменников к суду, но также все подданные королевства обязываются направить все силы к разоблачению преступных заговоров, устроенных против нашей короны и достоинства, и сообщать имена и действия злоумышленников соответствующим властям.

И вот здесь революционная масса не на шутку испугалась. Ибо одно дело — бросать в народ лозунги о налогах без представительства и тирании, а другое — отвечать за эти лозунги своей головой. Ошибка Георга здесь состоит в том, что он своим манифестом даже совершенно нейтральных жителей колоний приравнял к бунтовщикам. Ведь от прибывших войск страдать будут все — и лоялисты, и патриоты.

Тем не менее до 1777 года дело висело на волоске. Экспедиция революционных отрядов в Канаду провалилась, Вашингтон потерпел поражение в Нью-Йорке и Нью-Джерси, британский экспедиционный корпус смог без проблем высадиться на Статен-Айленде и в устье реки Гудзон. Но все совершенно изменила нечаянная победа под Саратогой.

Пока на западе Вашингтон проигрывал одно сражение за другим и отдал врагу и Нью-Йорк, и Филадельфию, на севере 9-тысячная группировка британского генерала Бургойна спустилась по озеру Шамплейн вниз, атаковала и захватила форт Тикондерогу, и далее совместно с Хоу могла отрезать северную армию восставших от Континентальной, а Новую Англию от остальных штатов.

Американцами командовал Горацио Гейтс, но по сути Саратогу выиграли два человека — полковник Даниэл Морган и генерал-майор Бенедикт Арнольд.

Первый укрепился со своим полком на холмах Бавис, и Бургойн решил обойти эти позиции по основанию холма, через лес. Арнольд с двумя полками вопреки приказу Гейтса атаковал британцев в лесу, «навязав противнику индейскую войну», и Бургойн был вынужден отступить.

oic9-2

Сражение под Саратогой, 1778 год

Бургойн решился на фронтальную атаку 7 октября 1777 года — выбора у него не осталось, солдаты сидели на половинном пайке и голод был не за горами. Колонисты, пользуясь основательно укрепленными редутами, смогли отбить два штурма, стреляя сверху вниз (идеальная позиция), но к третьему штурму у них кончились патроны — и в ключевой момент, когда американцы уже готовились бежать, так как британцы приблизились опасно близко, на позиции прибыл выпивший бутылку виски Бенедикт Арнольд (позже термин «drinken fury» — «пьяная ярость» — официально укрепился в американской историографии при описании кампании у Саратоги), разругавшийся напрочь с Гейтсом (тот как раз уже собирал бумаги и седлала коня, чтобы смыться побыстрее), и организовал контратаку, в результате которой был ранен пулей в колено, но американцы — первый раз! — победили англичан в открытом бою. Вернее, они отбросили англичан на исходные позиции.

У Бургойна не оставалось выбора, ибо провиант подходил к концу. Выбирая между голодной смертью и капитуляцией, британцы выбрали плен.

oic9-3

Эхо победы под Саратогой обернулось для англичан ужасными последствиями. Европейские державы, ранее с опаской смотревшие на восставшие колонии, решили их поддержать, и 17 июня 1778 года сначала Франция, а потом и Испания с Голландией объявили Англии войну. В результате бунты поселенцев на краю ойкумены переросли в новую войну по переделу мира.

Естественно, запылала Индия, причем индийская кампания поставила англичан на грань краха. Правда, начиналась она вполне за здравие. Из книги Каплана «Путешествие в Историю. Французы в Индии»:

Новый губернатор французской Индии Белькомб пытался укрепить Пондишери. Однако ров не был дорыт до конца, насыпь и стены недоделаны. Закончить земляные и строительные работы не удавалось: не хватало денег. Напрасно Белькомб писал в Версаль, что Пондишери открыт с нескольких сторон для неприятеля. Его просьбы попадали в архив. В августе 1778 года английские войска подошли к городу, их было в пять раз больше, чем французов. Белькомб не испугался, он мобилизовал население на строительство бастионов. В это время в Пондишери появился французский авантюрист и начальник сипайского отряда Мадек, который организовывал вылазки. Но перевес противника был слишком велик, французский флот не принял сражения.

Новая война сразу привела к потере многих французских колоний. Шандернагор, детище Дюпле, вновь сдался без боя. Губернатор Шевалье, бежавший из города, был вынужден искать пристанища и сразу же попал в плен. Последнюю надежду жители Пондишери возлагали на свой флот. Действительно, эскадра французского адмирала Тронжоли значительно превосходила силы англичан. Белькомб, чтобы поднять настроение в городе, громогласно заявил о победе французов в морском сражении. Был даже заранее отслужен благодарственный молебен. Но адмирал Тронжоли, подобно многим своим предшественникам, уклонялся от рискованных сражений. Наконец 20 июля подошла английская эскадра. Город замер в ожидании, все готовились увидеть величественное зрелище — морской бой недалеко от города. Наступила ночь. Утром Белькомб, выйдя на веранду губернаторского дворца, не увидел ни одного французского военного корабля. Он отбросил лорнет, схватил самую большую подзорную трубу. Корабли исчезли. Оставалось лишь надеяться, что битва идет где-то вдали. Но это была напрасная надежда.

Английский морской десант мог почти беспрепятственно захватить незащищенное побережье. Англичане медленно, но упрямо усиливали свое давление, их бомбардировки становились все опаснее. Осколок снаряда ранил, правда не опасно, Белькомба. 13 октября началось генеральное наступление на Пондишери. К вечеру главный ров, опоясывавший город, был взят. 15 октября англичане находились в 30 метрах от последней линии обороны. Белькомб 16 октября собрал военный совет, который принял решение о капитуляции. 18 октября 1778 года англичане вошли в город. Все офицеры и солдаты-европейцы были отправлены в Мадрас.

oic9-4

Осада Пондишерри

Среди осажденных в Пондишери находился человек, чье имя приобрело большую известность в период французской революции, — граф Баррас, впоследствии глава Директории, стоявший во главе французского правительства с 9 термидора до 18 брюмера. На склоне лет Баррас написал мемуары, в которых много страниц посвятил своей ранней молодости, в частности пребыванию в Индии.

Но тут в естественный ход событий ворвались два человека, в корне изменившие весь расклад дел в Индии. Об одном из них мы говорили в прошлой части — это Хейдар-Али.

Вторым был адмирал Сюффрен. Он вез в Азию еще одного француза, которого англичане боялись, как огня — речь о генерале Бюсси, а он причинил британцам много проблем и неприятностей в 1740–1759 годы.

Поговорим сначала о морской части сражений за Индию и о Сюффрене. Итак, Пьер Андре де Сюффрен, называемый еще бальи де Сюффрен, был веселым, жизнерадостным саркастичным толстяком, который просто умел воевать на море. Умел, как бы это было ни прискорбно для подданных британской короны, лучше самих англичан. Родился он в Сен-Канне, в Провансе, в 1729 году. С 1743-го — во флоте. Принимал участие в войне за Австрийское наследство, в Семилетней войне, учился морскому делу у Мальтийских рыцарей, сражался с алжирскими и тунисскими пиратами, во время русско-турецкой войны 1768–1774 годов находился в качестве советника и наблюдателя при турецком флоте.

Естественно, что человека с таким послужным списком в 1776 году пригласили в «Эволюционную эскадру», созданную французским морским ведомством для отработки новой тактики противодействия англичанам. Франция после 1763 года была просто обуреваема идеей реванша, король не жалел денег на флот, и ставилась только одна задача — в новой войне показать господам с Туманного Альбиона, кто на море хозяин.

Начиная с 1778 года Сюффрен служит в эскадре д’Эстена у берегов Северной Америки, где показывает чудеса умения воевать на море. Но — и в этом отличие Сюффрена от д’Эстена — он все время предлагал рискованные маневры и решительные действия против англичан. Так, во время сражения у Гренады (1779) авангарду Сюффрена удалось нанести повреждения четырем концевым английским кораблям — «Лайон», «Монмут», «Графтон» и «Корнуолл». В результате англичане отстали от своих основных сил. Сюффрен и де Ла Мот Пике долго уговаривали д’Эстена отрезать отставших и захватить их, но граф так и не решился. В результате англичане смогли уйти.

В 1780-м Сюффрену дали под команду 74-пушечный «Зеле», с которым он участвовал в самой грандиозной в истории операции по захвату торгового каравана. Причем французские историки утверждают, что план принадлежал как раз нашему бальи. Итак, 2 августа 1780 года из Портсмута вышел большой английский конвой из 63 судов — среди них 18 судов снабжения, везущих провизию, снаряжение и 90-й пехотный полк в Вест-Индию, 5 ост-индийцев, груженых припасами для флота в Ост-Индии и деньгами для закупок.

В 112 лигах юго-западнее островов Силли Флот Канала, сопровождавший конвой, повернул назад, в Англию. 5 августа у мыса Финистерре отделились 64-пушечные «Буффало» и «Инфлексибл», и теперь конвой сопровождали 74-пушечный «Рамиллиес» и два 36-пушечных фрегата — «Тетис» и «Саутгемптон».

В ночь с 7 на 8 августа 1780 года дозорные корабли испанского флота (27 кораблей, 4 фрегата) заметили английский конвой. Луис де Кордова на флагманском «Сантиссима Тринидад», чтобы захватить как можно больше английских судов, решил использовать следующий трюк — вечером 8 августа «Сантиссима» сблизился с английским конвоем, находясь впереди него, и пользуясь тем, что «Рамиллиес» отдалился, зажег бортовые огни. Коммодор конвоя подумал, что это огни английского 74-пушечника, и последовал за огнями испанца. Утром конвой оказался прямо в центре всего испанского флота.

oic9-5

Началось невообразимое: холостой выстрел — белый флаг, холостой выстрел — капитуляция. Некоторые суда пытались сопротивляться, но подавленные громадным преимуществом быстро отказывались от подобных действий. Один за одним испанцы и подошедшие французы (9 линкоров и 1 фрегат под командованием Боссе) захватили к 10 утра 55 кораблей (52 испанцы и 3 французы), включая ост-индийцы «Гаттон», «Готфрей», «Хиллсборо», «Маунтстюарт» и «Роял Джордж». В плен попали 1350 матросов и 1357 солдат, кроме того — 286 гражданских лиц. Трофеи помимо судов — 80 тысяч мушкетов (знаменитые «Браун Бесс»), 3000 бочек пороха, обмундирование, снаряжение, палатки для британских войск (12 полков) в Вест-Индии, 1.5 миллиона фунтов в серебре и золоте (из них 1 миллион — в слитках), предназначенные для закупок в Ост-Индии. Кроме того — запчасти и материалы (в частности — мачты и реи) для флотов адмиралов Грейвза и Родни в Америке. Собственно, позже Грейвз как раз по этой причине не смог вовремя отремонтироваться и подойти к Йорктауну в 1781-м, и армия Корнуоллиса сдалась.

Спастись удалось только охранению (3 корабля) и 5 торговым судам — они по случайности ночью не увидели огней с «Сантиссима Тринидад» и пошли за «Рамиллиесом». Захват этого конвоя вкупе с потерей нескольких торговых кораблей в Вест-Индии из-за штормов вызвал массовые разорения британских страховых компаний, ставки на страхование морских грузов и кораблей взлетели до небес. Лондонская фондовая биржа закрылась на две недели после известия о захвате конвоя. Ост-Индская компания понесла убытков на 1.5 миллионов фунтов и обратилась к государству с просьбой о срочном займе. Таким образом, удар по британской ОИК сначала нанесли у мыса Финистерре.

Ну а в феврале 1781 года была задумана экспедиция французского флота к берегам Индии. Для этого с атлантического театра военных действий с большим трудом сняли 8 кораблей, плюс выделили 4 новых. И 22 марта 1781 года Сюффрен отплыл из Бреста к Иль-де-Франсу.

В Индии же в июле 1780 года Хейдар Али заручился поддержкой французов, заключил твердый мир с маратхами, а затем вторгся в Карнатик с 80-тысячной армией и подступил к Аркоту. Губернатор Мадраса по опыту прошлых компаний был невысокого мнения о боеспособности войск Майсура и решил атаковать индийские войска всего 500 сипаями, а также направил подмогу полковнику Уильяму Бейли, двигающемуся из Гунтура с 1200 солдатами и сипаями (всего 3820 штыков плюс индийские союзники).

Хейдар, узнав об отряде Бейли, решил разгромить англичан по частям, и отделил от своего войска отряд Типу Сахиба, который должен был внезапно ударить по колонне, идущей из Гунтура. Около Пуллиура Типу Сахиб совершенно неожиданно атаковал англичан массированным ракетным огнем.

Оказалось, что Хейдар даром времени не терял, и за время перемирия в абсолютной тайне разработал и довел до ума новое оружие — боевые ракеты. Что они из себя представляли? На тонкий бамбуковый шест был привязан металлический цилиндр, наполненный порохом и железными стружками в носовой части. Кроме того, Типу Сахиб предложил к каждому цилиндру привязать лезвие прямого меча. Шест втыкался в землю под углом в направлении пуска, поджигался фитиль, и ракета по навесной траектории устремлялась в сторону неприятеля; шест играл роль балансира. Из-за высокой температуры картонный кожух сгорал, и сила пороха выталкивала вперед металлическую стружку, которая калечила и убивала все вокруг. Ну а раскаленный меч практически гарантированно убивал что человека, что животное. Дальность действия такого снаряда составляла до 2 км. Ракеты имели и минусы — их рекомендовалось запускать только по ветру.

Хейдар сделал и следующий шаг: он придумал установки залпового огня — строенные или сшестеренные установки.

oic9-6

Майсурские ракетные установки XVIII века — прообразы «Катюш»

Атака ракетами у Пуллиура стала для английских войск шоком. Море огня и железа превратило британский отряд в неуправляемую массу. Залп полусотни ракетчиков Типу Сахиба просто разорвал плотную оборону английской колонны и позволил дальше бить противника по частям. В одну минуту залп «Катюш» XVIII века обошелся англичанам в 380 человек погибшими. Одна из ракет попала в подводу с боеприпасами, и произошел оглушительный взрыв. На полностью деморализованные войска британцев кинулась конница Типу Сахиба, и через полчаса все было кончено. Англичане и их союзники потеряли погибшими 3000 человек, до 7000 были взяты в плен, остальные просто разбежались.

Монро, узнав о разгроме Бейли, срочно отступил к Мадрасу, и Хейдар Али без проблем смог взять отрезанный от помощи Аркот. Весь Карнатик теперь был в его власти.

Понимая, что после Аркота придет очередь Мадраса, англичане срочно перебросили из Бенгалии войска (7000 штыков, сипаи и белые) под командой сэра Эйра Кута, которого сами бенгальцы прозвали Кут-бахадур («Кут-герой»). Тогда же к берегам Индии прибыла эскадра сэра Эдварда Хьюза. И для Хейдара Али настали тяжелые времена.

У Порто-Ново Кут применил тактику в индейском духе — упрятал 7000 солдат, а с оставшейся тысячей атаковал Хейдара. Тот легко отразил нападение и попал под фланговый удар основной части английского отряда. Атака была столь неожиданной, что войско правителя Майсура бросило пушки и ракеты, и побежало.

Ну а 27 августа 1781 года у Пуллиура Хейдар и Кут снова встретились. Наученный горьким опытом, майсурский полководец решил играть от обороны, и выстроил войско в две линии. Кут атаковал, с довольно большими потерями (400 человек только убитыми) смог оттеснить индийца с позиций и прорвать первую линию, однако наткнулся на вторую, и на большее сил не хватило. Кут отступил к Трипасуру, это позволило Хейдару заявить о том, что битва выиграна.

Наконец, в битве у Солигхура Кут смог нанести майсурскому полководцу тяжелейшее поражение. Англичане разбили лагерь у скал Солингхура, подбросив подкрепления к осажденному Пуллуру. Типу, внезапно подкравшийся к лагерю, с гор обстрелял англичан ракетами, чем привел в замешательство первую бригаду, однако решительная атака второй бригады под началом лейтенанта Эдмондстоуна переломила ситуацию — британцам удалось выбить индийцев с предгорий. Кут сформировал две колонны, которые просто охватили лагерь Хейдара и с двух сторон абсолютно синхронно провели совместную атаку.

Хейдар слишком поздно понял, что Кут пошел в наступление. Пытаясь противодействовать англичанам, он расположил пушки в рисовом поле, Типу Сахиба с конницей послал на левый фланг, а часть пехоты со своим вторым сыном — на правый.

Правая колонна англичан, попав на рисовое поле, потеряла строй, и тут ударили индийские пушки, а в разрывы строя бросилась конница Типу. В этот критический момент контратаковал 2-й гусарский эскадрон полковника Оуэна, который смог отбить Типу и позволил 18-му и 21-му полкам уцелеть.

Перестроившись, англичане штыковой атакой захватили артиллерийские позиции вместе с пушками, развернули орудия и начали методично обстреливать правый фланг Хейдара, что привело войска Майсура в замешательство. В этот же момент с гор ударила левая колонна, и бегство противника стало всеобщим.

oic9-7

Хейдар имел 75 тысяч конницы и пехоты (некоторые английские источники пишут про 150-тысячную армию Майсура, но это нонсенс), и потерял до 5000 человек. Кут имел 11500 английских солдат и сипаев, потери его составили до 800 человек убитыми и ранеными. Войска Хейдара спешно ушли из Карнатика.

Однако Кут не смог развить свою победу — после боя у него оставалось риса для армии всего на два дня. Пробовали было заняться реквизициями, но Хейдар, предвидя такой выход для англичан (а разведчики у Майсура работали просто великолепно), приказал разорить близлежащую местность. Куту ничего не оставалось, как отступить.

Хейдар сосредоточил свои войска у Веллура, обложил его, и гарнизон под командованием полковника Оуэна был вынужден оставить город и отступать к Мадрасу. Конница Типу и Хейдара неотступно преследовала его, Оуэну пришлось сжечь все свои телеги, палатки, припасы. Он присоединился к Куту налегке, потеряв в походе 317 человек (из 5000 человек), счастливо избежав атаки превосходящих сил Майсура.

В августе британцы смогли перевезти войска на Малабарское побережье, но тут — как гром среди ясного неба — они узнали о союзе голландского губернатора Негапатама ван Флиссингена с Хейдаром Али (договор был заключен 29 июля и ратифицирован 4 сентября 1781 года). Голландцы послали Хейдару 600 своих солдат, а также порох и боеприпасы.

Теперь вместо операций против Хейдара прибывший отряд Гектора Монро (4000 английских солдат) сосредоточился на взятии Негапатама. Голландцы имели в крепости 600 европейских солдат, 5500 сипаев и 2100 пехотинцев, посланных на помощь Хейдаром. Монро сильно помогла эскадра адмирала Хьюза, которая внезапной атакой 20 октября захватила голландский форпост Кариккал, а на следующий день — Нагор.

27 октября войска Монро подошли к Негапатаму. Каждую ночь голландцы проводили вылазки, которые наносили довольно большой урон англичанам, однако 30 октября конница майсурцев, посланная в ночной рейд к английскому лагерю, в полном составе дезертировала и ушла к Хейдару. Потеря 2100 защитников города стала для голландцев очень неприятным сюрпризом.

oic9-pbanner

Приобретите подписку, чтобы продолжить чтение

Месяц неограниченного доступа ко всем статьям на «Спутнике», включая наши великолепные премиум-материалы всего за 290 рублей! Премиум-подписчикам нужно щелкнуть по Already purchased? и ввести свой пароль.

Если у вас возникли вопросы по подписке или вы хотите ПОДПИСАТЬСЯ БЕЗ КРЕДИТНОЙ КАРТЫ, то отправьте нам письмо на [email protected]
-