Политика — Sputnik & Pogrom

Первый тур выборов во Франции завершился ожидаемой сенсацией: во второй тур прошли Макрон и Ле Пен. Почему ожидаемой? Потому что именно такой результат предсказывали все социологи, процент Ле Пен был подсчитан достаточно точно, никаких сюрпризов имени Трампа. Было очень много разговоров про «спящих избирателей» Марин, которые де в опросах не признаются в своих фашистских симпатиях, а как выборы настанут, так они на участки придут и ух! Но то ли эти избиратели проигнорировали первый тур (что странно), то ли Франция — не Америка. Сенсацией же этот результат стал потому, что ни Макрон, ни Ле Пен не представляют две главные французские партии.

Устав от несмешного советского идиотничанья, заменяющего в РФ анализ серьезнейшего внешнеполитического кризиса на грани войны с США, Егор Погром сел и в ярости за один присест написал текст на 30 000 знаков, подробно разъясняющий, как мы дошли до жизни такой и что с такой жизнью дальше будет. Крайне рекомендуем материал для всех, кто устал от хитрых планов и нехитрого безумия, и хочет наконец понять, что вообще происходит:

По сравнению с успехами националистических и правопопулистских партий в соседних государствах достижения «Альтернативы для Германии» выглядят весьма скромно, что неудивительно, учитывая культурно-исторический контекст и силу white guilt у немецкого народа. Впрочем, эти три года — только самое начало пути.

Победа Трампа на американских выборах, его решение о строительстве стены на границе с Мексикой, а также угроза ввести войска в страну кактусов, дабы обуздать «плохих парней», вызвали бурю негодования у соседей. Можно без стеснения утверждать, что приход Трампа к власти в США дал мощный толчок возрождающемуся мексиканскому национализму.

Япония сейчас активно перевооружается и пересматривает свою внешнюю политику. И в отличие Европы или Америки, в политике японцам не нужно совершать никаких радикальных правых поворотов: в легальном политическом поле действуют десятки националистических и ультранационалистических партий, часто популярных, часто связанных с организованной преступностью, часто — идеологически наследующих тем группировкам, которые в тридцатые убивали премьер-министров, чтобы вернуть императору неограниченную власть.

Почти уровень канадского премьера про «если убить террористов, они выиграют». Если научить депутатов Госдумы говорить по-человечески нельзя, можно хотя бы научить их молчать, когда лучше молчать? Агония, мудила, сегодня была в питерском метро.

Увлекательный текст о Холодной войне XVIII века — противостоянии между Россией и Францией, которое обошлось без боёв, но зато изобиловало эпизодами вроде перехвата шифрованных писем, попыток сместить неугодного канцлера, финансирования политических партий в третьих странах и проникновения французского агента во дворец под видом заезжей герцогини. В конце (как обычно) делят Польшу.

Cтрана, первой ломанувшаяся из умирающих колониальных проектов (которые, к слову, тоже можно назвать «глобализацией» и «интеграцией»), сегодня опять первой ломится прочь из умирающего европейского проекта. «В Лондоне и Вашингтоне уже веселятся, а в Берлине, Варшаве и Киеве все еще моют посуду!»

Лидеры общеевропейского поворота к национализму — Британия и Франция, но Италия не отстаёт: из хаотического множества правых партий Италии (одну из которых некоторое время возглавляла внучка Дуче) выделился лидер: «Братья Италии» под руководством Джорджии Мелони — итальянской Марин Ле Пен

Принято считать, что поляки не любят русских, а русские — поляков. Некоторые действительно не любят, но в Варшаве есть и ценители русской культуры, и сторонники политического союза с Россией, и панслависты, и откровенные русофилы. Задел для добрососедских отношений есть — России и Польше нечего делить (кроме Украины)

Новый мировой порядок, складывающийся прямо сейчас, будет игрой доминирующего игрока. Мир пока еще не принял идею лидерства без доминации. И уникальный момент мировой истории, позволивший создание либерального левиафана, возглавившего систему, при которой планета десятилетиями наслаждалась относительным миром и благоденствием, прошел.

Пока украинцы клеят фанеру на мотоциклы «Урал», чтобы создать уникальный украинский супертанк, и прячут головы от излучения Лубянки в кастрюли, мир вступил в постиндустриальную эру. Вот уже 30 лет на Земле бушуют кибервойны. Люди с клавиатурой взрывают газопроводы, рушат связь и перенаправляют ракеты врага. С чего все начиналось? «Спутник» расскажет.

16 марта в Киеве украинские националисты в виде партии «Свобода», «Правого сектора» и «Национального корпуса» (структура на базе пресловутого полка «Азов») подписали Национальный манифест о единстве целей всех трех структур. Разберем этот любопытный документ

С избранием Дональда Трампа и волной недовольства его первыми действиями на посту американцы вновь открывают для себя национализм. Но никто толком не понимает, каким этот национализм должен быть. Например, должен ли он быть федералистским? Или либеральным? Одно из самых удивительных явлений этого политического сезона, поставивших этот вопрос в полный рост — странное движение калифорнийских националистов.

Наши уважаемые украинские половые партнеры на днях замуровали вход в киевский офис Сбербанка, разгромили офис «Альфы» и в целом в рамках поддержки блокады Донбасса развернули кампанию под лозунгом «Смерть русским банкам!» (буквально). Русские банки при этом с 2014 года завели на Украину 175 миллиардов рублей (и, очевидно, готовы заводить еще и еще), русские банки при этом, чтобы не злить украинцев, отказались работать в Крыму (то есть де-факто в России, не работать в своем регионе и работать в столице государства, считающего, что у вас война — это где вообще такое в мировой истории видано?), и прогнулись так, что дальше уже просто прогибаться невозможно. Точнее, они бы прогибались еще и еще, но вот украинцы уже чисто физически гнуться не дают. Сложно гнуться, когда ты не можешь войти в свой собственный офис, потому что дверь замуровали.

На выходных в Амстердаме случились турецкие погромы, в ответ Эрдоган обвинил голландцев в нацизме — до местных выборов ещё два дня, но веселье уже началось. Благодарить за него стоит в том числе и лидера правых евроскептиков Герта Вилдерса — «европейского Трампа», голландского националиста, последовательного либертарианца, ученика легендарного Пима Фортейна. Вилдерс — если кто-то думает, что быть правым в Европе просто — пережил несколько покушений. Короткий текст о нём и о будущем голландской политики, которая неузнаваемо изменится уже в эту среду.

Top