Индейские войны. Часть вторая — Спутник и Погром

Ранее: часть первая

Лев и лилия в Новом Свете

К середине XVII столетия на огромной территории от Флориды на юге до залива Святого Лаврентия на севере местные индейские племена оказались втянуты в борьбу европейских пришельцев между собой. Особенно острым и принципиальным для судеб всего континента станет конфликт Англии и Франции, в котором ключевую роль сыграет противостояние английских и французских поселенцев, присылаемых из Европы регулярных войск, а также индейских союзников. И хотя как англичане, так и французы добились определенных успехов в деле освоения этой недружелюбной земли, модели колонизации и стратегия взаимодействии с индейцами подданных Лондона и Парижа были совершенно разными. С одной стороны, французы гораздо больше, нежели оппоненты, отрезанные от просторов континента горной цепью Аппалачей, преуспели в деле исследования североамериканского континента. Установив контроль над бассейном реки Святого Лаврентия, галлы активно изучали район Великих Озер, начали проникать на земли по течению Огайо, Иллинойса и Миссисипи.

В свою очередь английские колонии, протянувшись узкой полоской вдоль атлантического побережья, заметно превосходили владения французского короля по численности населения. К 1660 году на огромных просторах Новой Франции обитало всего лишь 3 тысячи колонистов, в то время как в районе Чесапикского залива и в Новой Англии жили уже 58 тысяч англичан. Большинство французских колонистов были бедняками родом из трущоб крупных городов западного побережья королевства — Нанта, Бордо, Руана и т. д, которые, не испытывая особого желания выращивать урожай в холодной, негостеприимной земле, к тому же страдали от отсутствия женщин. Эту проблему сначала Компания Новой Франции, а с 1663 года и непосредственно французская корона пытались решить путем завоза в колонию девушек с континента, известных как «filles du roi» (фр. королевские дочери), некоторые из которых были воспитанницами приютов.

Несмотря на все усилия официального Парижа, с каждым десятилетием Новая Франция проигрывала демографическую гонку английским колониям. Тому был целый ряд объективных причин. Во-первых, во Франции оказалось гораздо меньше безземельных крестьян, нежели в Англии, в которой для многих лишившихся надела копигольдеров отъезд в Америку зачастую становился единственным способом избежать превращения в бродягу. Во-вторых, для многих молодых жителей королевства гораздо более привлекательным местом для эмиграции становилась Испания — в 1669 году там жило около 200 тысяч французов. Гугеноты бежали в Голландию, Швейцарию, Германию и ту же Англию. Наконец, для многих шансом найти себя в этой жизни становилась армия, численность которой в период многочисленных военных кампаний Людовика XIV вырастала до 150 тысяч человек.

В первые годы существования английских колоний в Северной Америке поселенцы довольно редко вступали в противоборство с французами. Исключением служит рейд одного из акционеров Вирджинской компании Сэмуэля Арголла в 1613 году, локальные стычки в Новом Свете в период англо-французской войны 1627–1629 годов, а также конфликт между жителями Плимутской колонии и французами из-за построенного англичанами торгового поста в устье Пенобскота. При этом французам удавалось гораздо успешнее налаживать дружеские отношения с индейцами, чье участие в военных столкновениях с англичанами играло ключевую роль. Для быстро растущих в числе и захватывающих все новые земли англичан коренное население почти всегда превращалось в помеху, которую нужно уничтожить. Для малочисленных же французов индейцы были ключевым элементом как обороны Новой Франции, так и служившей для колонии экономической опорой торговли бобровыми шкурками. Но и помимо этого французы гораздо легче находили общий язык с аборигенами. Католические миссионеры активно проповедовали среди языческих племен, а французские трапперы и торговцы, называемые «coureurs de bois» охотно учили местные наречия и брали в жены индианок, что привело к появлению многочисленных метисов, также становившихся проводниками французских интересов. Несколько иначе складывалась ситуация в случае взаимодействия британских колонистов и аборигенов. Хотя англичане рассматривали торговлю с индейцами как необходимую основу для процветания и функционирования своих колоний, суждения британцев о коренном населении были, как правило, довольно категоричны. Необходимо отметить, что неприязнь большинства англичан к индейцам тогда не имела расовой подоплеки. Сама концепция расового превосходства белых еще не была сформулирована, а англичане презирали индейцев не из-за цвета кожи, а по причине религиозных и цивилизационных различий. Индеец был «дикарем и погрязшим в грехе язычником». Причем дикарем, владевшим столь необходимой для дальнейшей колонизации землей. Все это делало новые столкновения между англичанами и туземцами лишь вопросом времени.

Война короля Филиппа

Разгром и фактическое уничтожение племени пекотов привели к серьезному изменению баланса сил в Новой Англии: в частности, заметно усилились мохеганы и наррагансетты, принявшие многих захваченных в ходе войны пекотских женщин и детей. Несмотря на это, главной проблемой индейцев по-прежнему оставалась разобщенность, которая лишь усиливалась из-за все более кровопролитных межплеменных конфликтов. Англичане же, несмотря на все споры и различия между колониями ощущали единство и готовность вместе выступить против коренного населения. Именно поэтому особое беспокойство руководства английских колоний вызвали известия, что вождь наррагансеттов — Миантономи — пытается создать альянс ряда индейских племен, в том числе могущественных могавков, для нападения на колонистов. Весной 1643 года колония Массачусетского залива, Плимут, Коннектикут и Нью-Хэйвен объединились в Конфедерацию Новой Англии для совместных действий колонистов в случае начала новой войны. Кроме того, англичане пошли на сближение с вождем мохеганов Ункасом, видевшим в пришельцах главную опору в борьбе с наррагансеттами. В ходе разгоревшегося между двумя племенами конфликта верх одержали мохеганы, а Ункас сумел пленить своего давнего врага. Миантономи был выдан англичанам, однако те, не зная, как поступить с пленником, вернули вождя Ункасу, брат которого окончил жизнь вождя наррагансеттов ударом томагавка по голове. Вместе со смертью Миантономи оказались похоронены все надежды на объединение индейцев, а племена Новой Англии продолжили истощать свои силы в столкновениях друг с другом.

Для колонистов, казалось, наступили времена благоденствия и процветания — их численность постоянно росла, свыше сотни поселений появились посреди бескрайних лесов, а индейцы попали в зависимость от торговли с англичанами. Среди пуритан стало появляться все больше сторонников обращения аборигенов в христианство. Самый ярый поборник этой идеи — преподобный Джон Эллиот — приступил к основанию «молящихся деревень» поселений крещеных индейцев. Как и францисканские и иезуитские миссионеры до него, Элиот был уверен, что обращение индейцев к свету Христовой веры немыслимо без принятия ценностей цивилизованного человека, первой из которых стало создание постоянных поселений, где обращенные дикари жили бы под постоянным контролем проповедника. Элиоту и соратникам удалось обратить в христианство сотни индейцев, правда, принадлежавшим в основном к небольшим и слабым племенам — нипмукам, пеннакукам, массачусетам. Вожди сильных и могущественных племенных конфедераций — наррагансеттов, мохеганов и вампаноагов — старались удержать своих людей от контактов со священниками.

В 1660 году умирает вождь вампаноагов Массасоит, тот самый, что присутствовал на Дне благодарения в пережившем первую зиму Плимуте. Наследует сын — Вамсутта, которому англичане дали имя Александр. Однако спустя два года Вамсутта продал часть племенной земли ненавидимым остальными англичанами диссидентам из Род-Айленда, за что был под охраной отправлен на встречу с официальными лицами Плимутской колонии.

Но по дороге Вамсутта неожиданно заболел и скоропостижно скончался. Вампоноагов возглавил младший сын Массасоита по имени Метаком, больше известный англичанам как Филипп, или король Филипп. Метаком показал себя хитрым и изворотливым вождем, стремившимся любой ценой остановить экспансию английских колонистов. Для достижения этой цели он пользовался как конфликтом Род-Айленда и остальных английских поселений, так и противоречиями между руководством колоний и представителями только что восстановленной в Англии монархии. В 1664 году даже обратился с жалобой к королевским комиссионерам, прибывшим по приказанию нового короля Карла II (сына казненного Карла I), подтвердившим права вампаноагов на племенные земли. Тем не менее Метаком не мог остановить английскую колонизацию, равно как и предотвратить все новые и новые захваты земли. К 1670 году в Новой Англии уже обитало свыше 50 тысяч колонистов, трехкратно превосходивших в численности местных индейцев, а сам Метаком был вынужден подписать очередной договор с Плимутской колонией, означавший подчинение вампоноагов власти англичан. Королю Филиппу оставалось лишь взять в руки мушкет и томагавк, с помощью которых вождь решил раз и навсегда изгнать чужаков.

В один из январских дней 1675 года к плимутскому губернатору Джосайе Уинслоу пришел необычный посетитель. Он прекрасно говорил по-английски, однако внешность выдавала в нем индейца. Этого человека звали Джон Сассамон, и он был сыном обращенных в христианство индейцев. Когда родители скоропостижно скончались, Сассамон был отдан на воспитание в английскую семью. Возмужав, индеец стал хорошим другом преподобного Элиота, успел поучиться в Гарварде и поучаствовать на стороне колонистов в Пекотской войне, а также зарекомендовал себя как прекрасного переводчика и посредника, столь необходимого колонистам в контактах с индейцами. Сведения, которые получил Уинслоу, были очень тревожными. По словам информатора, Метаком сколотил банду молодых воинов вампоноагов и пытался склонить вождей соседних племен к началу полномасштабной войны с англичанами, планируя также напасть на обращенных в христианство индейцев. Учитывая полученные сведения, вождь вампоноагов был вызван в Плимут, где руководство колонии предъявило королю Филиппу обвинения в измене. Однако в силу отсутствия твердых доказательств Метаком был отпущен, что как показали дальнейшие события, стало огромной ошибкой. В конце того же месяца Сассамон пропал, а спустя некоторое время тело доносчика нашли в пруду. В убийстве обвинили трех соратников Метакома, против которых свидетельствовал еще один обращенный в христианство индеец. После первого в истории Новой Англии судебного процесса, в рамках которого индейцев обвиняли в убийстве себе подобного, все трое обвиняемых были повешены 8 июня. Тем временем пока в Плимуте вершилась судьба убийц Сассамона, в темных лесах вокруг английских поселений рыскали десятки индейских воинов.

20 июня группа туземцев вошла в основанный десятилетием ранее на племенных землях вампоноагов поселок Суонси и попросила местного кузнеца заточить топоры. Когда поселенец отказался, индейцы начали грабить окрестные дома, а местные жители, и без того взбудораженные слухами о возможных нападениях индейцев, бежали к укрепленному форту. Тремя днями позже один из колонистов — Джон Солсбэри, застрелил грабившего дом индейца. Вампоноаги ответили убийством Солсбэри и еще нескольких англичан, пытавшихся добыть продовольствие для блокированных в форте людей. Неделей позже к Суонси подошел отправленный губернатором колонии Массачусетского залива Джоном Левереттом крупный отряд из 350 ополченцев в сопровождении индейских разведчиков. Однако на месте ополченцы попали под меткий огонь прятавшихся в окрестных лесах индейцев, отступавших при первой опасности.

Карта Новой Англии в период войны короля Филиппа

Уже эти первые столкновения показали преимущество индейских воинов над англичанами. Появление и распространение в 60–70-е годы мушкетов с кремневым замком, заменивших устаревшие мушкеты с фитильным замком, сделали индейскую манеру ведения боевых действий еще более эффективной. Более легкие, надежные и удобные в обращении кремневые мушкеты идеально подходили для применявшейся индейцами тактики рейдов и внезапных засад. Каждый мужчина в племени на протяжении всей своей жизни знал два основных занятия — охота и война, и в обоих случаях мушкет был необходим. В результате индейский воин стал прекрасным стрелком, не только умевшим поражать цель на расстоянии, но и знавшим, как и какую позицию занять, как обойти неприятеля с фланга или тыла, и использовать рельеф местности. Самих англичан поражала не только точность индейцев, но и способность бесшумно передвигаться на местности, внезапно исчезать и появляться. Колонисты же, простые фермеры, торговцы и ремесленники, подобными навыками похвастаться не могли. Военный потенциал английских колоний ограничивался отрядами ополчения, которые подчинялись выбранным самими солдатами из своих рядов офицерам или не имевшим вообще никакого боевого опыта, или обученным в рамках европейской традиции ведения войны, не слишком полезной в лесной глуши Новой Англии. Хотя ополчение обязано было заниматься военной подготовкой, очень часто эти тренировки были нерегулярными и малоэффективными.

Нападение на Суонси стало поворотной точкой. Хотел ли до этого Метаком действительно начать войну с англичанами или нет, теперь у вождя не оставалось выбора. В следующие дни верные воины начали атаковать окраинные поселения колонистов, убивая всех, кто попался под руку, сжигая дома и посевы. Попытки англичан нанести контрудар заканчивались безрезультатно — индейцы ускользали, растворяясь в окрестных лесах. Вскоре к атакам вампоноагов присоединились частично христианизированные нипмуки. Осознав всю степень исходящей от Метакома опасности, губернаторы английских колоний бросили все силы на поимку мятежника. В середине июля неудачную попытку поймать руководителя индейцев в окрестных болотах предпринял командующий отрядом плимутцев Бенджамин Черч. Двумя неделя позже Метаком разорил поселение Дартмут, однако был настигнут отрядом ополченцев из Коннектикута и союзных мохеганов под началом Ункаса. Потеряв большую часть воинов и всех сопровождающих отряд женщин и детей, Метаком сумел прорваться и бежать на племенную территорию нипмуков. Тем временем отправленная из Бостона делегация добилась от наррагансетов обещания не ввязываться в разгорающуюся войну, но была атакована воинами нимпуков. К концу лета нападения начали становиться все регулярнее, в атаках участвовало все больше индейских отрядов, в том числе и группы крещеных индейцев. Расширялась и география — под ударом оказались и английские поселения в долине реки Коннектикут. Пытавшиеся оказать помощь отряды ополчения сами попадали в ловушки, теряя все больше людей ранеными и убитыми. В середине сентября в засаду у Кровавого ручья попал отряд массачусетских ополченцев под началом Томаса Лэтропа, сопровождавший покинувших разоренный Дирфилд колонистов. Больше шести десятков англичан были застрелены или зарублены томагавками, прежде чем на поле боя появились люди капитана Сэмуэля Мосли. В начале октября индейцы в ходе неожиданного нападения разорили и дотла выжгли Спрингфилд, воспользовавшись тем, что почти весь гарнизон покинул город ранее для соединения с Мосли и скоординированной атаки на силы индейцев.

Все новые и новые атаки индейцев, а также то, как нападающие легко избегали возмездия со стороны ополченцев, лишь усиливало ярость жителей Конфедерации Новой Англии. Не в силах обрушить эту ярость на нападавших, англичане обратили гнев на тех туземцев, до которых могли добраться. То есть на крещеных индейцев, чьи деревни располагались неподалеку от английских поселений. Осень 1675 года была для жителей этих деревень нелегким временем — они подвергались атакам сторонников Метакома, одновременно становясь жертвами грабежа и агрессии со стороны англичан. Наконец, дабы уберечь, а, отчасти, и исключить возможность их перехода на сторону неприятеля, руководство колонии Массачусетского залива отправило сотни крещеных индейцев на Олений остров в Бостонской бухте. Здесь, на этом продуваемом холодными зимними ветрами и неприветливом клочке земли, они проведут ближайшую зиму, страдая от нехватки топлива и продовольствия.

Тем временем руководство колоний перешло к решительным действиям. Стало ясно, что Метаком решил руководствоваться той стратегией ведения войны, которая до этого приносила успех англичанам в столкновениях с индейцами. Воины вождя своими беспрестанными набегами подняли волну паники среди колонистов, которые сотнями бросали свои дома и земельные наделы, устремляясь к побережью под защиту крупных фортов и их гарнизонов. Целью вождя вампаноагов являлось уничтожение материальной базы противника и подрыв морального духа. Англичанам необходимо было нанести жестокий и сокрушительный контрудар, способный переломить ход войны. Целью атаки выбрали крупное поселение наррагансеттов, формально так и не вступивших в войну, но при этом дававших приют многим воинам, женщинам и детям вампаноагов. Кроме того, многие молодые наррагансетты участвовали в набегах на английские городки. Для этой операции Конфедерация Новой Англии собрала значительные силы — к 600 ополченцам из Массачусетса присоединилось полторы сотни плимутцев под командованием губернатора колонии Джосайи Уинслоу, губернатор Коннектикута Роберт Трет и три сотни его людей, а также сохранивший верность англичанам Ункас со своими воинами. 19 декабря англичане, пройдя по замерзшим болотам вслед за индейцами скаутами, атаковали укрепленную частоколом и переполненную беженцами из окрестных индейских деревень «столицу» наррагансеттов неподалеку от современного Саут-Кингстона. Преодолев упорное сопротивление, колонисты ворвались в деревню, поджигая дома и рубя всех, кто попался на пути. Около шести сотен индейцев, в основном женщины и дети, были перебиты, огромные запасы продовольствия на зиму сожжены. Победа в «Великой болотной битве», как прозвали ее англичане, досталась дорогой ценой. Три десятка колонистов погибли во время штурма, свыше пятидесяти получили смертельные ранения. Многие были ранены менее тяжело, в том числе сражавшийся как лев Бенджамин Черч, которому суждено еще было сыграть важную роль в этой войне. Несмотря на потери, эта победа стала первым крупным успехом англичан в ходе войны. Наррагансетты оказались разбиты, выжившие в ходе этой бойни оказались перед угрозой смерти от голода и холода.

Приобретите подписку, чтобы продолжить чтение

Месяц неограниченного доступа ко всем статьям на «Спутнике», включая наши великолепные премиум-материалы всего за 280 рублей! Премиум-подписчикам нужно щелкнуть по Already purchased? и ввести свой пароль.

Если у вас возникли вопросы по подписке или вы хотите ПОДПИСАТЬСЯ БЕЗ КРЕДИТНОЙ КАРТЫ, то отправьте нам письмо на [email protected]
sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com / sputnikipogrom.com /